Акылбек Салиев: «Только послы США и Турции ежегодно поздравляют нас с Рамаданом»

29 июля 2011, 19:19

Несмотря на прошедшие после распада СССР 20 лет, среди нас живёт множество киргизов и выходцев из этой исторически и духовно близкой страны. Большинство граждан СНГ по-прежнему ощущают себя неким общим целым в масштабах пространства Евразии. Тесны связи и с тюркским и с русским миром в целом, а в духовном образовании – особенно с Дагестаном.

О проблемах новейшей истории новосозданного государства Кыргызстан – беседа культуролога Джанната Сергея Маркуса с директором Института стратегического анализа и прогноза при Кыргызско-Российском славянском университете (Бишкек, Кыргызстан) Акылбеком Салиевым.

– Как в целом можно охарактеризовать события последних лет в Киргизии? На бытовом уровне у всех один вопрос: что же там происходит?

– К большому сожалению, практически во всех странах ближнего и дальнего зарубежья события последних лет в Кыргызстане на бытовом уровне воспринимаются с чудовищной долей искажения. Говоря о том, что же у нас происходит на самом деле, следует остановиться, конечно, на событиях марта 2005 года, когда из страны бежал первый её президент Аскар Акаев, и на событиях апреля 2010 года, когда второй президент Курманбек Бакиев тоже нашёл пристанище себе и своим близким на чужбине. Безусловно, несколько слов следует сказать и о так называемых ошских событиях, когда в июне 2010 года на юге Кыргызстана произошёл кровавый конфликт между кыргызами и узбеками.

События, связанные с изгнанием президентов из Кыргызстана, а также так называемые революции на севере Африки, говорят об одном: никакая стабильность и даже поступательное развитие страны не могут оправдывать неограниченное пребывание во власти одной личности.

В марте 2005 года, после 15 лет пребывания во власти, Аскар Акаев позволил себе манипулировать результатами парламентских выборов, чем вызвал недовольство народа. В планах оппозиции не было даже помыслов захватывать власть. Они хотели лишь получить гарантии того, что Аскар Акаев действительно сложит свои полномочия к концу 2005 года, отработав на посту президента вместо 10 почти 15 лет.

Курманбек Бакиев, став президентом Кыргызстана, в одном из интервью рассказывал, как он в день так называемой мартовской революции ел манты, когда ему позвонили и сказали, что народ изгнал из страны Аскара Акаева.

За пять лет своего президентства Курманбек Бакиев совершил те же самые ошибки, которые допустил Аскар Акаев за 15 лет. Накануне 7 апреля 2010 года в Кыргызстане все более или менее узнаваемые лидеры оппозиции были посажены в следственные изоляторы органов госбезопасности и МВД. Но народ опять вышел на центральную площадь и теперь уже целенаправленно добивался смены власти, несмотря на хладнокровный расстрел демонстрантов. В тот день на центральной площади столицы Кыргызстана снайперами, защищавшими Курманбека Бакиева, было убито 87 человек.

Что же толкнуло народ на такие жертвы? Коррупция, ожившая при Аскаре Акаеве, при втором президенте расцвела махровым цветом. Оба президента отличились тем, что они позволили своим близким вмешиваться в дела государства. Фактически во всех сферах жизни государства последнее слово оставалось за «семьёй». Коррупция, кумовство, семейственность, правовой беспредел, а самое главное – стремление срок президентства, определённый Конституцией страны, совместить со сроком биологической жизни – всё это явилось серьёзным сопутствующим обстоятельством главного негативного фактора – несправедливого правления. Именно несправедливое правление привело Кыргызстан к двум революциям.

К сожалению, весь постсоветский период развития государств региона показывает, что сутью современной власти зачастую становится сохранение самой власти, и именно этим объясняется позорное бегство первых руководителей Кыргызстана, а также недовольство и нескончаемый поток критики в адрес их коллег в соседних странах.

Акылбек Салиев (Akilbek Saliev)

– Что нового и важного произошло за последний год?

– В прошлом году Кыргызстан провёл выборы в Парламент и внёс изменения в Конституцию страны. Теперь мы имеем парламентскую форму правления страной. Возможный отказ в будущем от этой формы правления, убеждён, не является доказательством ошибочности этого пути. Скорее всего, в этом случае следует говорить об ошибках конкретных людей и их неверных мотивах. В Кыргызстане всем известно, что автор новой Конституции не без помощи «друзей из-за океана» попросту навязал стране парламентскую форму правления. Хотя справедливости ради следует отметить, что два первых президента сами напрочь скомпрометировали президентскую форму управления государством.

– Вы охарактеризовали прежде всего негативные тенденции современности. А есть ли позитив?

Сегодня в Кыргызстане, где общественные процессы обусловлены неизбежными «детскими болезнями роста», всё-таки есть позитивные явления, связанные с развитием общественной мысли, ростом политического сознания граждан. И все эти процессы говорят о том, что в стране с трудом, с потерями, но идёт государственное строительство. 30 октября текущего года состоятся президентские выборы.

Действующий президент Роза Отунбаева – единственный глава государства в Центральной Азии, которая отработала оговорённый срок и, следуя своим обещаниям, спокойно, без истерики идёт на передачу власти следующему главе государства. Как будут проходить выборы президента в Кыргызстане – с уверенностью никто сказать не может. Слишком много субъектов вне страны имеют интерес к этой теме. И не всегда этот интерес совпадает с интересом самих граждан Кыргызстана.

– Исламский фактор в киргизской действительности многолик. С одной стороны, на него опираются оппозиционеры, с другой стороны – новые власти пытаются согласовать развитие мусульманских инициатив с задачами государства. Какова ныне динамика этих процессов?

– Следует отметить, что число практикующих мусульман в Кыргызстане неизменно растёт. Обыденной картиной стало участие в пятничных намазах школьников и людей в погонах. В стране за последние два десятилетия построено более двух тысяч мечетей. Однако достойное положительной оценки обращение людей к Богу сопровождается рядом тревожных тенденций.

Во-первых, беспокойство связано с низким уровнем религиозных знаний у тех, кто считает себя верующими. Малообразованные священнослужители и не менее слабые в теологии прихожане мечетей не могут противостоять активной работе представителей радикальной религиозной партии «Хизб ут Тахрир». Отсутствие базовых знаний не только у простых мусульман, но и у священнослужителей позволяет тоталитарным протестантским сектам, псевдоисламским организациям чувствовать себя в стране весьма вольготно.

Основная причина сложившейся в Кыргызстане ситуации – в том, что власть до сих пор никак не определится с местом и ролью религии в современном кыргызском государстве. Согласно действующей Конституции, религия отделена от государства, и в стране не могут создаваться политические партии религиозного толка. Однако эти два тезиса создают хорошие условия только для тех, кто вредит стабильности Кыргызстана, прикрываясь религиозной риторикой. Сайентологи, муновцы, ахмадийцы – это лишь малая толика тех, кто обосновался в Кыргызстане. В стране практически постоянно работают порядка 700 проповедников из Южной Кореи, США, ФРГ, Пакистана и Великобритании, насаждая здесь чуждые местному населению псевдорелигиозные взгляды.

Помимо внешних «доброжелателей», есть свои местные любители использовать религиозный фактор в личных целях. Пока в Кыргызстане исламский фактор никем серьёзно ещё не использован. Но уже несколько лет отмечаются попытки спекуляций вокруг этой темы. В Кыргызстане есть два-три одиозных человека, которые открыто пытаются опираться на так называемый исламский ресурс, чтобы стать депутатами Парламента или главой государства. Хотя усилия этих ребят не приносят им успеха, здесь следует говорить о тревожной тенденции политизации Ислама.

Сложно также утверждать, что власть предпринимает конкретные шаги по согласованию мусульманских инициатив с задачами государства. Есть лишь слабые попытки со стороны государства упорядочить ситуацию с производством халяльной продукции и предпринимаются робкие шаги по внедрению в стране некоторых принципов исламского финансирования.

– Как мыслится внешняя политика нового руководства Киргизии: в сторону ЕС и США, в сторону России и ШОС, или же в направлении великого соседа Китая?

– В своё время президент Аскар Акаев, говоря о внешнеполитических приоритетах Кыргызстана, отмечал, что «Россия нам дана Богом», а отношения с Москвой и Западом будут строиться по принципу «и – и», а не «или – или».

Несколько лет назад наш Институт проводил социологический опрос на тему об отношении населения республики к иностранному присутствию в Кыргызстане. Подавляющее большинство опрошенных весьма позитивно оценило российское военное, экономическое и гуманитарное присутствие у нас в стране. Справедливости ради следует отметить, что такой позитив в отношении России во многом сложился благодаря «старому багажу», а не последовательной и продуманной политике, разрабатываемой на Смоленской площади в МИД РФ. Бездействие или ошибки российской внешней политики в Кыргызстане не способствуют её популяризации в современном кыргызском обществе.

Хочу привести один, на мой взгляд, показательный пример. В Бишкеке есть Американский университет, есть Турецкий университет и есть Кыргызско-Российский славянский университет. Объективно качество обучения в Американском университете не выдерживает никакой критики. Но там хорошо поставлена так называемая идеологическая работа. Там студенты гордятся, что учатся в этом учебном заведении. Обстоятельно поставлено дело в Турецком университете. Там всё имеет добротную основу. Турки создали хорошие условия и учителям и студентам.

Совсем иная картина с Кыргызско-Российским славянским университетом. Самая больная тема – своевременное финансирование. Российская сторона взяла на себя обязательства по финансированию 80 % от общего объёма фонда заработной платы преподавателям. На деле деньги из Москвы приходят с запозданием на 6–7 месяцев. А в университете трудится более трёх тысяч преподавателей. Несмотря на всё это, КРСУ сохраняет марку самого лучшего вуза Кыргызстана. Но так долго и бездумно испытывать на прочность тех, кто работает на укрепление связей между Кыргызстаном и Россией, не совсем разумно.

Говоря о западном векторе внешней политики Кыргызстана, следует отметить, что он во многом обусловлен активностью западных партнёров, а не «западничеством» кыргызских политиков. Только за истёкшие полгода Бишкек не раз посещали представители экономических, военных и политических структур ЕС, США, НАТО. То, что проникновение западных интересов в Кыргызстан приобрело самые широкие формы, можно проиллюстрировать интересным фактом: западные программы финансируют в Кыргызстане проведение игр КВН в студенческой среде.

Примечателен и другой факт. Многие годы подряд только послы США и Турции на центральной площади Бишкека перед праздничным намазом поздравляют мусульман Кыргызстана по случаю Рамадана. Я уже не говорю о целой сети правозащитных НПО, которые практически опутали всё кыргызское общество, неся в массы именно западные так называемые демократические ценности, несмотря на то, что они не всегда согласуются с менталитетом коренных народов.

Из всех внешнеполитических партнёров особо следует выделить Китай. Пекин без особых PR-сопровождений оперативно откликается на просьбы Кыргызстана. Внешне это проявляется в том, что в Бишкеке практически все муниципальные автобусы привезены из Китая. На фермерских полях увеличивается число китайских тракторов. Регулярную техническую помощь получает военное ведомство Кыргызстана. Китайцы тихо, без особого шума обосновались на многих месторождениях золота, редких металлов.

В настоящее время идут переговоры о строительстве железной дороги, которая соединит Китай с Кыргызстаном. Реализация этого плана выведет Кыргызстан из транспортного тупика и откроет дорогу к китайским портам. Если объективно оценивать позицию и политику внешнеполитических партнёров Кыргызстана, то, как мне представляется, более успешным является именно Пекин.

– Мигранты-рабочие из Киргизии – уже привычное явление российской повседневности. Как регулируется, окультуривается процесс трудовой миграции, или это «тёмная сфера» с нарастающим в ней хаосом?

– По сравнению с началом 2000-го года ситуация с кыргызскими трудовыми мигрантами в России приобретает более или менее организованные формы. Во-первых, в местах большого скопления трудовых мигрантов местными кыргызстанцами создаются всяческие организации, которые помогают вновь прибывшим соотечественникам как-то обустроиться, получить регистрацию и разрешение на работу.

В Бишкеке со стороны ФМС России также предпринимаются попытки навести в этой сфере хоть какой-то порядок. Скажем так, по данной проблеме политическая позиция Кыргызстана и России одинаковая и характеризуется одним: облегчить участь трудовых мигрантов из Кыргызстана. Но жизнь многогранна, и наши трудовые мигранты попадают в самые невероятные и сложные ситуации.

Полагаю, со временем данная проблема утеряет свою актуальность, так как подавляющее большинство кыргызов старается получить в России российское гражданство. Будущий поток трудовых мигрантов из Кыргызстана, выехав в любой регион России, попадёт в более благоприятные условия, в которых он будет иметь родственников или земляков, давно там обосновавшихся.

В своё время ректор КРСУ выступал с инициативой открыть в подмосковных Мытищах миграционно-образовательный центр. По нашему замыслу, такой центр мог бы оказывать юридическую помощь вновь прибывшим в Россию мигрантам. Там же можно было бы обучать их рабочим специальностям. В таком центре можно было бы создать условия для работы с нашими заочниками, чтобы они дважды в год не выезжали в Кыргызстан для сдачи сессии.

При разумном подходе фактор трудовых мигрантов весьма эффективно можно использовать в интересах укрепления межгосударственных отношений.

– Что могут сделать мусульманские организации России и Киргизии для укрепления связей между нашими народами и государствами?

– Объективно потенциал мусульманских организаций Кыргызстана и России в деле укрепления связей между нашими народами и государствами весьма велик. Здесь важно понять это и грамотно организовать работу на данном направлении. Важно и определить приоритеты. Для начала я хотел бы отметить, что нам было бы полезно активизировать контакты по линии образования. Речь идёт о том, чтобы российские исламские высшие учебные заведения шире открыли двери для слушателей из Кыргызстана. Увы, я не припомню случая, чтобы преподаватели, например Казанского исламского университета, читали лекции в исламских учебных заведениях Кыргызстана.

Кстати, у нас в Кыргызстане имеются очень сильные учёные-теологи, предки которых в 1930-х годах были высланы из Дагестана. У них связь с Дагестаном есть, но эти контакты базируются на личной основе. Следует отметить, что в медресе наших дагестанских братьев дают хорошую теоретическую основу для противодействия ваххабизму.

Говоря о взаимодействии верующих Кыргызстана и России, хотел бы подчеркнуть важность обмена опытом по такой теме, как вероубеждение. Именно здесь и сегодня сторонники салафизма вносят раскол в мусульманскую общину Кыргызстана.

Является ли интерес к тенгрианству, который возник ещё в правление Акаева, по-прежнему актуальным для строительства новой культуры и государственности киргизов?

– Вы сами знаете, что «в религии нет принуждения» (Коран). В современном обществе Кыргызстана много убеждённых атеистов, язычников, сектантов. Поэтому и к тенгрианству следует относиться как к объективному явлению, которое никак не может повлиять на процесс государственного строительства в Кыргызстане.

Интерес к тенгрианству был и, полагаю, останется, но он не будет определяющим в формировании духовного мира наших граждан. Здесь важно, как я уже говорил выше, наладить в стране правильную систему религиозного образования.

Материалы по теме