С благодарностью за дарованное

Наша встреча с мусульманином Умарасхабом Магомедовым произошла в культурно-просветительском центре «Дагестан», что на улице Беринга в Санкт-Петербурге. Признаться, не первый раз приезжаю сюда и каждый раз знакомлюсь с людьми, общение с которыми вдохновляет. О своём таком позитивном впечатлении пишу не пафоса ради. Да и неправильно расточать эмоции, когда речь идёт о делах веры. Но ведь что есть – то есть.

Доказательством моего общего впечатления пусть станет запись разговора (вернее, большей его части) с Умарасхабом Магомедовым, который и в столичном городе остаётся горцем, мужчиной и отцом, исполняющим требования Ислама, и тем преподавателем исламских наук, которого можно слушать часами. Итак, перед вами беседа о жизни заместителя имама мечети при КПЦ, о работе в северной столице, о том, какие люди и почему приходят в культурно-просветительский центр «Дагестан».

О благодарности за дарованное

– Хвала Всевышнему Аллаху, который наделил нас иманом, призвал нас к Исламу и вывел на свет Богопознания. Хвала Всевышнему, что в настоящее время, в посткоммунистической стране, люди могут изучать свою религию, совершать намазы, делать закят, – вознёс благодарственную молитву мой собеседник. – Аллах даёт нам возможность проповедовать, жить по религии. Разве это не благо? Со стороны властей сегодня нет препятствий для верующих исповедовать ту религию, которая близка сердцу человека. Если есть проблемы, то они больше от нас самих. Поэтому я считаю, что для современных мусульман в России ситуация уникальная.

Я был на встрече в одном областном центре. Там организовалась небольшая группа мусульман. Во встрече участвовали и представители администрации города. Наши мусульмане стали сетовать, что в городе нет мечети. Я высказал другую точку зрения: не стоит озвучивать такие претензии руководителям-немусульманам. Они не обязаны строить мечети. А вот мусульмане обязаны жить и работать так, чтобы руководители видели в них отличных работников, примерных семьянинов, добросовестных граждан. Нужно, чтобы мусульманская умма стала лучшей частью городского сообщества. Тогда естественно возникнет желание поддержать мусульман и вопрос, в чём именно это необходимо сделать.

Руки под буркой

– Мы ведь знаем недавнее прошлое. Моему отцу 80 лет, он прожил большую часть сознательной жизни в советский период. Он и его ровесники хорошо помнят, как преследовались даже самые мирные, обычные граждане, если проявляли свою религиозность. Горцы в далёких селениях у могил близких людей прятали руки под бурками, когда делали дуа за усопшего. Никто не был уверен, не окажется ли рядом лицемер, доносчик.

В горах Дагестана, вдали от больших городов среди людей жил страх. Власть преследовала тех, у кого был Коран. С 90-х годов прошлого века я ходил со старшими мусульманами на мавлиды в своём родном районе, к тем людям, которые изъявляли желание изучать Ислам. Со мной постоянно был один старший брат, тоже горец, одного поколения с моим отцом. Он рассказывал, как в советскую эпоху совершал намаз. Старался, чтобы никто не видел, чтобы никогда на глаза посторонним не попадал Священный Коран. Никого этот человек не трогал, никого не беспокоил. Но однажды к нему в дом зашёл один человек и увидел, что хозяин дома завершает намаз. И… сделал фотографию. Вскоре в центре районного села на стенде «Они позорят нас» рядом с фотографиями хулиганов и других нарушителей общественного порядка появился снимок молящегося взрослого человека. Якобы молящийся – позор для общества!

Как помолодели мусульмане и как таксисты встают на намаз

В 90-е годы в мечети приходило мало молодых людей. В основном делали намаз старые, пожилые люди. Они-то и сохраняли веру в трудные годы! Бывало, спросишь кого-нибудь из молодёжи: почему в мечеть не ходите? Отвечали: если будем с родителями молиться, про нас скажут, что мы как старики…

Сейчас ситуация изменилась, во многом есть даже кардинальные изменения. На джамаат-намаз в нашем центре собирается столько молодых, что пожилых не заметно. И в регионах также вижу, как растёт число молодых, посещающих занятия по изучению Корана и исламских наук. В Дагестанском культурно-просветительском центре в Санкт-Петербурге первое время после открытия на утренний намаз вставало несколько человек. Но росло число людей, которые узнавали о возможности приезжать сюда и вместе молиться. Таксисты сначала просто подвозили к нам пассажиров, а затем сами пошли в молитвенную комнату. И за это слава Всевышнему!

Москва – Санкт-Петербург: взял билет и поехал

Вы родом из одного из самых религиозных регионов России. А как оказались в Санкт-Петербурге?

– Дагестанский культурно-просветительский центр работает при поддержке Духовного управления мусульман Республики Дагестан. Центр был построен и начал активно работать благодаря неутомимой деятельности Исы-Гаджи Османова, представителя муфтията Республики Дагестан в Санкт-Петербурге и Северо-Западном регионе. Мне предложили сюда переехать и работать в центре. Это большая честь и ответственность.

До этого работал в Москве, также по поручению Духовного управления мусульман Республики Дагестан. В 2013 году старший руководитель сказал, что надо ехать в Санкт-Петербург, – взял билет на поезд и поехал. Без вопросов «зачем?», «что получится?», «как меня примут на новом месте?». Первые два месяца жил без семьи. Конечно, в отрыве от родных скучаешь по детям, особенно младшим. У нас с женой пятеро детей, старшему сыну 19 лет. Имам, видимо, заметил, что я скучаю, и сказал, что лучше, если моя семья будет рядом. Теперь семья в городе на Неве, альхамдуллях.

Значение той встречи

– По воле Всевышнего Аллаха так сложилось, что наставником моих родителей был досточтимый Саид-афанди из Чиркея. Мать и отец всегда стремились укреплять свой иман. В один из дней мы отправились на зиярат на гору Ахульго. По пути на Ахульго заехали с родителями навестить досточтимого Саида-афанди. Тогда я не до конца понимал всего значения той встречи. Но факт: я стал мюридом Саида-афанди. Именно он самым значительным образом повлиял на мою жизнь, моё духовное воспитание и развитие. Словами это трудно описать. Хвала Аллаху, что мои родители – мюриды, я тоже постоянно стремлюсь познавать Ислам.

По очень многим людям замечаю, как они меняются в положительную сторону, когда искренне начинают молиться, соблюдать пост и другие предписания Ислама, особенно когда у них появляется духовный наставник.

Была ли возможность близко общаться с Саидом-афанди? – интересуюсь у собеседника.

– Ну, кто я такой! Да и к устазу не приходят просто пообщаться, поговорить о том, о сём. Когда он интересовался, как у меня дела в семье, есть ли дети и сколько, я отвечал. Запомнился случай. Когда у меня было трое детей, Саид-афанди спросил, как их зовут и в каком они возрасте. Я рассказал. Он улыбнулся и попросил передать детям подарки. У младшего ещё не было зубов, мы посмеялись: пусть быстрее вырастает.

Об учёбе и баракате

– В дальнейшем именно Саид-афанди посоветовал мне: «Если хочешь учиться, получать знания ради Аллаха, то будешь удивлён, сколько блага получишь от такой учёбы». Да, я хотел учиться, получать именно религиозные знания, но и сомнения испытывал. За советом тогда и обратился к устазу. Тот разговор определил мою последующую жизнь.

От моего родного дома до Махачкалы – триста километров. Я решил поступить в Дагестанский исламский университет (тогда он назывался иначе: Северо-Кавказский исламский университет). С женой и двумя детьми приехал в столицу Дагестана. Ночью работал сторожем, утром шёл на учёбу. В Махачкале нам помогала мать моей жены, у неё мы стали жить.

В 90-х и нулевых годах многие люди бросились «делать бизнес», стремились не просто зарабатывать, а обогатиться, хотели жить в условиях особого комфорта. И многие… погибали. Почему? Потому что посчитали, что важнее всего – земные блага. Даже зная понятие «харам», оказались духовно не стойкими людьми. Мои преподаватели в университете – замечательные люди, образованные, внимательные наставники. К сожалению, некоторых уже нет в живых…

Как учит умма

После учёбы я стал работать помощником имама, затем имамом в одном из районов Дагестана. Встретился с замечательными людьми. Многие были старше меня, но я видел, как они хотели учиться! Люди испытывали после долгих лет атеизма сильное желание жить по религии и знать свою религию, читать Священный Коран. Сильная умма – это искренние и образованные люди. От таких людей наполняешься энтузиазмом сам. Затем меня направили на работу в медресе – филиал Чиркейского исламского института имени Саида-афанди. Это в селении Мехельта Гумбетовского района Дагестана. Два года преподавал и продолжал учиться сам.

Когда бы человек ни обратился за знаниями о религии – такое желание всегда вовремя! Когда человек задаёт вопросы, ведь приходится думать, как ответить наилучшим образом. Значит, всё время учишься сам. За такую работу могу только благодарить Всевышнего!

Здесь, в КПЦ «Дагестан» в Санкт-Петербурге, организованы занятия для мужских и женских групп, есть курсы разного уровня, есть различные языковые группы. Все занятия бесплатные. Если человек, например, из-за особого графика работы не попадает на занятие со своей группой, то он может прийти в другое время. В таком случае постараемся, всё сделаем, чтобы он получил индивидуальный урок.

Люди приходят разные

– Люди в КПЦ «Дагестан» приходят разные. Узнают о центре и с радостью стремятся именно здесь провести никях. Принимают Ислам, приводят друзей. Приходят в связи с похоронами. Отрадно, что общаемся с представителями различных диаспор, которые проживают в Санкт-Петербурге. Приглашают и нас. Например, в воинские части. Недавно успешно прошла встреча в воинской части в посёлке Горелово Ленинградской области.

Недавно познакомился с молодым мужчиной, разговорились. Он не мусульманин, но спросил, можно ли прийти в наш центр, поговорить. После смерти отца ему бывает одиноко. Говорю: «Приходи в любое время». Когда горе – лучше быть среди людей. В Исламе-то мы живём одной семьёй. Обязанность мусульман – поддерживать друг друга и любого человека в трудной ситуации.

По какому сценарию строить жизнь?

Старшие дети Умарасхаба Магомедова уже получают профессиональное образование. Старший сын окончил три курса в Дагестанском исламском университете. Сейчас учится в Санкт-Петербургском колледже при университете имени Бонч-Бруевича. Дочь оканчивает медицинский колледж. Все дети читают Коран, участвуют в конкурсах на лучшее знание и чтение

Корана. Не случайно я попросила своего собеседника особо поговорить о том, почему молодёжь обманывается, верит призывам безграмотных и безжалостных вербовщиков.

– Учителям Ислама надо учить каждого своего ученика серьёзно, по-настоящему! Увидев слабые знания и слабый иман учителя, ученик начнёт искать другого и может попасть под влияние дурных людей. Ошибки совершают и родители, когда «из страха за ребёнка» запрещают сыну или дочери совершать намаз. Это всё равно как бензином поливать костёр. В запрете больше опасности, чем в дискуссиях.

Только Аллаху ведомо, почему по-разному складываются жизни людей. Один выбирает прямой путь и не щадит на этом пути усилий. А другой под видом религии действует ради денег, своих амбиций, своего нафса. Не ради Аллаха зазывают молодых вербовщики-преступники, готовые сами к убийству людей и настраивающие на преступления доверившихся им.

Система исламского образования должна активно развиваться. Лучше, если она будет привязана к конкретным Духовным управлениям мусульман, чтобы преподавали подготовленные учителя, чтобы жизнь молодых мусульманок и мусульман протекала в сообществе единоверцев. Получать знания никогда не поздно. Но важно и не опоздать, важно вовремя, лучше в молодости, заложить крепкий фундамент, чтобы на нём строить дальнейшую жизнь.