Мусульмане Мадагаскара

Первым европейцем, который сообщил нам о Мадагаскаре, был Марко Поло. В далёком XII веке он сообщал своим читателям следующее: «живут там сарацины , молятся Мухаммаду. У них четыре шейха, то есть четыре старца, они и правят всем островом. Остров этот, знайте, самый большой и славный в свете».

Современные учёные считают, что Марко Поло что-то напутал, и даже само название «Мадагаскар» он перенёс с сомалийского порта Могадишо – по крайней мере, раньше такое название острова нигде не встречалось, а после Марко Поло именно это название и закрепилось в географии. Однако, как бы то ни было, достоверно известно, что и в марколополовские времена, и даже раньше, — по северному, восточному и западному побережьям Мадагаскара существовали мусульманские поселения. Арабы контролировали всю морскую торговлю вдоль восточного берега Африки, плавали из Восточной Африки в Индию, а жители Индии – наоборот, в Африку, и попутно с товарами распространяли и ислам.

До сих пор на Мадагаскаре  всех переселенцев из Индии и Пакистана и их потомков называют «Корана». Они более светлые, чем обычные малагасийцы. Поскольку я тоже светлее, чем основное население, меня так тоже иногда называют. Название южной автостанции в Антананариву – «Фасан-Корана» тоже происходит отсюда – когда-то, неподалёку, находилось мусульманское кладбище.

За прошедшие столетия ислам на Мадагаскаре уже перерос рамки национальной индийской или арабской религии – среди местных мусульман большинство сейчас составляют коренные малагасийцы. Также в мечетях можно обнаружить и иностранцев – в основном, переселенцев с ближайших Коморских островов.

В средие века именно мусульмане принесли на остров зачатки цивилизации. И сейчас по всему Мадагаскару основное приветствие – Salama, а дни недели официально называются Alahady, Alatsinainy, Talata, Alarobia, Alakamisy, Zoma и Sabotsy. Так что тут пятницу называют «джума» даже те, кто на джума никогда не ходит. Малагасийский язык записывался арабским алфавитом до того, как европейцы привезли свой латинский шрифт.

На рубеже XIX-XX веков Мадагаскар был колонизирован французами, которые постепенно распространили христианство – не только на побережье, но и, большей частью, во внутренних районах острова. В средневековье в центр проникнуть было непросто, но в начале XX века началось строительство дорог, по которым в центр Мадагаскара и просочились различные европейские миссионеры. В данный момент христианское население на острове составляет подавляющее большинство, некоторые люди придерживаются местных обычаев, а ислам исповедует от пяти до десяти процентов жителей Великого Острова – точное соотношение неизвестно.

Мусльмане распределены по острову неравномерно. Северная окраина острова заселена мусульманами исторически, со времён раннего средневековья. В крупных портовых городах, Махаджанге (северо-запад) и Томасине (северо-восток) Ислам исповедует примерно 20-30% населения. Небольшие мусульманские общины есть во всех крупных городах острова, в каждом городке сейчас имеется как минимум одна мечеть, есть они и в некоторых сёлах – не только по побережью, но и в центральных частях страны.

Мусульмане есть и в других областях Мадагаскара – в основном в крупных городах, а также в посёлках вдоль больших дорог. Здесь они занимаются придорожной торговлей – содержат столовые, которые называются тут «Hotely musulman». Несмотря на название Hotely, в них не ночуют, а обычно только едят. В мусульманских закусочных не продают спиртные напитки и блюда из свинины, мясо у них только халяльное, но цены – выше, чем в обычных пищевых заведениях. Такие же мусульманские столовые есть и в больших городах, преимущественно на побережье. А вот специального исламского квартала, с лавочками и лепёшками, как в некоторых азиатских и африканских странах, тут, в городах Мадагаскара нигде нет. Все мусульманские заведения перемешаны с остальными, христианскими, и не обособляются. Возле мечети может быть один-два магазина, принадлежащие мусульманам; остальные же равномерно распределены по городу.

Поехать в хадж – очень дорого для малагасийцев, стоит это здесь около пяти тысяч долларов. При том, что на один доллар, в пересчёте, можно выпить 10-20 чашек кофе, или съесть 10-20 варёных кукурузин. Зарплата в сто долларов в месяц считается очень неплохой в городе, а простые люди, приехавшие из города в деревню, получают в месяц всего около $20. Таким образом, в хадж с Мадагаскара могут поехать только самые успешные предприниматели, которые занимаются в городе крупнооптовой торговлей – скупкой и экспортом пряностей, например. Совершить малое поломничество (Умра) стоит около трёх тысяч долларов. Не удивительно, что в святых местах были очень немногие мусульмане Мадагаскара.

Во всех мечетях есть женское отделение. При мечетях есть обычно небольшая огороженная территория. Путники, и просто бедные люди, могут заночевать под навесом мечети, спрятаться там от солнца или дождя. В самих мечетях интерьер очень простой, на полу, чаще, циновки (ковры – реже); электричество есть далеко не всегда; у имама имеется свечка или фонарик, который он включает в темноте. Мелом на доске указано расписание молитв на текущий день. Азан в провинции произносится голосом, а не через динамик – Мадагаскар одно из последних мест на земле, где муэдзины должны рассчитывать на силу собственного голоса, а не на технические ухищрения.

Есть наши единоверцы и в сельской местности. Даже в небольших посёлках нередко оказывается несколько мусульманских семейств. Они занимаются скупкой и сортировкой плодов, потом перепродают эти овощи, бананы, специи – в город, другим, более оптовым бизнесменам, а сами привозят из города промышленные товары, и содержат сельские или придорожные лавочки. Тут можно купить мыло, свечи, соль, сахар, газировку, орудия труда, иногда – одежду, какие-нибудь шлёпанцы и другие принадлежности деревенского быта.

Внешне мусульман-мужчин часто можно отличить по тюбетейке, которую они носят. Некоторые имеют бороду. Но, так как борода у малагасийцев растёт плохо, она не всегда «выдаёт» наших братьев, многие мусульмане – без бород.

Местная полиция не интересуется религиозной принадлежностью граждан. В документах у малагасийцев не написано, какую религию исповедует гражданин (а, кстати, в некоторых азиатских странах такое указание есть). Религиозных гонений в последние годы нет, хотя в прошлом и были разные стычки, как и везде в Африке. На мусульман, особенно светлокожих, потомков индийцев, или же когда-то приехавших с Коморских островов,  случались гонения; но на сегоднящний день на острове царит мир. Возможные демонстрации и митинги тут бывают связаны не с религиозными, а политическими разногласиями (я оказался на Мадагаскаре как раз в период президентских выборов). В посёлках и городах мечеть и церковь могут стоять неподалёку, и прихожане соседних заведений не ссорятся.

Что же касается соблюдения религиозных законов, то мадагаскарские мусульмане чем-то похожи на наших товарищей в республиках бывшего СССР – соблюдают не все. Некоторые мусульмане в своих деревенских лавочках держат не только полезные товары, но и вредные – пиво или ром. Женщину, одетую «по форме», можно встретить только в городе. В селе и мусульманской одежды не достать, да и неудобно малагасийкам в хиджабе, при полевых работах, посевах риса, или толкать какую-нибудь крупу на улице в деревянной ступе. Поэтому в деревнях мусульманские женщины одеваются как попало, и их трудно отличить от других, христианских женщин. Кто-то повесит у себя и мусульманский календарь, и китайский плакатик с каким-то «божеством» – так, «для красоты», чтобы стены хижины выглядели уютней. Что же до соблюдения месяца Рамадан, — установить это не удалось, потому  как я нахожусь на острове вне священного месяца. На пятничной же молитве присутствуют многие, и приходят заранее – всё равно, посреди жаркого африканского дня  заниматься торговлей или полевыми работами им совсем не хочется.

Почти все мечети на Мадагаскаре – суннитские. Но в столице, помимо шести обыкновенных мечетей, есть одна шиитская мечеть (зайти в неё может и суннит). При ней имеется медресе и культурный центр с библиотекой – не только исламской, но и всякой разной литературы на французском, английском, арабском и персидском языках. Также шиитский центр обнаружился в Махаджанге, на побережье; ещё одна шиитская мечеть была найдена в городе Анцирабе (суннитская там тоже есть). По внешнему виду шииты от суннитов не отличаются.

Мечети бывают разной постройки – есть возведённые из глины, есть из цемента; самые крупные сооружены на средства каких-либо международных исламских фондов; небольшие созданы силами самих мусульманских общин.

А вот что касается мусульманской литературы на малагасийском языке,  тут её явный недостаток. Конечно, народ тут вообще имеет мало книг. Но основные столики и прилавки немногочисленных книжных магазинов заняты христианской литературой, переводной, привезённой сюда европейскими миссионерами. Околохристианский журнал «Сторожевая башня» (свидетелей Иеговы) выходит и на местном языке, а «Testamenta Vaovao» (христианский Новый завет) свободно лежит в каждом номере местных гостиниц. Мусульманские же книги, что лежат в мечетях  на французском, английском, арабском языках, доступны только людям образованным. Обычных же книг для простого народа тут почти не печатают, есть для имамов «Собрание проповедей на каждый день», есть ещё что-то, но вообще книг очень немного.

Разговорный арабский язык, проникший в малагасийские приветствия и в названия дней недели,  в целом, всё же, остаётся неизвестным большинству населения. Его понимают только имамы, которые учились в медресе в больших городах; некоторые проходили обучение в Египте или Саудовской Аравии, но таких обученных людей – в среднем, по одному на мечеть; для остальных смысл Корана совершенно непонятен. Этим Мадагаскар отличается, например, от Кении, Танзании, Уганды: у тех стран главным языком является суахили, почти наполовину содержащий арабские слова. Поэтому чтение Корана жителю Занзибара, Момбасы или угандийцу – понятней, чем обитателю Мадагаскара. А недостаток книг и переводов, и недостаточный опыт имамов приводят к тому, что ислам на Мадагаскаре распространяется не так быстро, как в относительно близких странах Восточной Африки.

Но, в любом случае, хорошо, что мусульманская община на Мадагаскаре живёт и постепенно увеличивается; постепенно строятся мечети; мусульмане были и остаются на Острове очень приличными людьми, занимаются бизнесом и торговлей, а также общественным придорожным питанием; и самое важное, что они живут в мире со своими соседями – мусульмане с христианами, шииты с суннитами, торговцы – с крестьянами,  чего можно пожелать  и всем нам.

Антон Кротов

Мадагаскар, Антананариву