Ахмад и мальчик

Ахмад и его отец Абдуллах возвращались после пятничной молитвы из мечети домой.

– А чем отличаются мусульмане от немусульман? – спросил Ахмад отца. Путь из мечети к метро проходил мимо церкви, и маленький Ахмад часто рассматривал блестящие купола и кресты.

– Ведь эти люди так похожи на нас! – рассуждал ребенок. И, как будто в подтверждение его слов, из ворот церкви вышла старушка, держа за руку мальчика. На нем была надета куртка, точь-в-точь как у Ахмада, да и сам он был чем-то на него похож.

– Разве мы не родились одинаковыми? Какая между нами разница? – не унимался он. Было видно, что этот вопрос волнует ребенка не на шутку.

Отец почему-то стал серьезным и немножко грустным:
– Ты прав, Ахмад! Родились вы одинаковыми. Все люди приходят в этот мир мусульманами. И ты, и я, и этот мальчик, и даже старушка, – души всех людей еще до жизни на этой земле дали клятву на верность Аллаху. Потом, появившись на свет в телах маленьких человечков, они продолжают жить чистыми и незапятнанными. Души остаются такими до тех пор, пока их начальную, нетронутую веру не вытеснит что-нибудь другое. Вот, например, этому мальчику бабушка, наверное, уже сказала, что Бог – это Иса (мир ему), который нарисован на картинке, что его убили, а потом он снова ожил и поднялся на небо. Если мальчик примет это, то вера его изменится, станет не той, что была раньше.

Слушая, Ахмад взял отца за руку и обернулся назад. Мальчик и старушка были уже далеко. Ахмад старался получше запомнить мальчика. Ему было грустно от мысли, что, может быть, он больше его никогда не увидит.

Мальчик, словно почувствовав взгляд Ахмада, тоже обернулся и стал на него смотреть. Так они шли и смотрели назад, друг на друга, пока бабушка и мальчик не повернули за угол большого серого дома.

Отец прибавил шагу, его сильная и мягкая рука крепко держала ладошку сына. Дома его ждала мама, сестренка и вкусный обед.

Ахмад был уже большой, летом ему исполнилось 8 лет. Он знал несколько сур из Корана и умел совершать намаз. По вечерам, когда семья Абдуллаха собиралась на коллективную молитву, Ахмад читал икамат (призыв на молитву).

Так было и в этот вечер. Как всегда после намаза Абдуллах возносил ду’а (мольба ко Всевышнему), а его семья дружно «держала руки» и все говорили «Аминь». Только почему-то голоса Ахмада, который обычно громче всех, было почти не слышно. Когда все провели ладонями по лицу, закончив ду’а, Ахмад, словно ничего не замечая, остался сидеть с поднятыми руками и все что-то просил и просил шепотом у Аллаха.

– Скажи свое ду’а вслух: если мы произнесем «Аминь», может быть, оно примется скорее! – слегка тронула его по волосам мама.

– Пусть мальчик не верит бабушке! – еле слышно проговорил Ахмад. Из глаз его катились слезы.