Ренат Беккин: «Некачественная литература об Исламе – преступление против мусульман и российского общества»

Недавно в Казани прошло одно из масштабных для российской уммы мероприятий: IV Всероссийская исламская книжная ярмарка. Под одним шатром собрались представители издательств из Москвы, Санкт-Петербурга, Казани, Уфы и других регионов РФ. Нам удалось пообщаться с главным редактором Издательского дома «Марджани», доктором экономических наук Ренатом Ириковичем Беккиным.

Ассаламу алейкум, Ренат. Расскажите, пожалуйста, немного о деятельности издательского дома «Марджани».

– Ва алейкум ассалам, Ксения. Издательский дом «Марджани» был основан в 2007 году как издательский отдел Фонда «Марджани» – чтобы публиковать результаты научной деятельности, поддерживаемой Фондом. Со временем благодаря усилиям его сотрудников издательский отдел Фонда «Марджани» вырос до уровня небольшого издательства, специализирующегося на выпуске исламоведческой литературы.

Потребность в таком издательстве возникла давно. В России было несколько ведущих религиозных мусульманских издательств, но не было ни одного академического, выпускающего серьёзную научную литературу по Исламу. На сегодняшний день у нас издано около двадцати пяти научных и научно-популярных книг по исламоведению. Более половины книг – с грифами институтов Российской академии наук. Наши авторы – ведущие отечественные специалисты по Исламу.

На мой взгляд, любое издательство, которое выпускает литературу по Исламу, – научное или религиозное, – не имеет права делать халтуру. Это преступление против мусульман, против российского общества в целом. Слишком много в мире проблем возникает от неправильно доведённой до адресата информации. Объективность и профессионализм – и Вас будут уважать даже те, кто не согласен с Вами. Сейчас в России стало модно запрещать книги по Исламу. Признаться, будь моя воля, я бы запретил 80 % литературы на русском языке по Исламу, которая издана в отечественных религиозных издательствах. За непрофессионализм. Во многих издательствах и издательских домах люди, назвавшие себя редакторами и корректорами, являются либо бездельниками, либо полными профанами. В результате многие книги стыдно брать в руки.

Вы выпускаете немало академических изданий, научных трудов востоковедов и арабистов. Примечательно, что среди фамилий авторов-составителей ваших книг немало и славянских. Почему, на Ваш взгляд, так мало мусульман в научно-интеллектуальной среде?

– Я бы не ориентировался на фамилии. Арапов – это чья фамилия? А Сагадеев? А Шидфар? А Кирабаев?.. Список можно продолжить. Всё это наши авторы и составители. Среди авторов и сотрудников издательства, кстати, есть русские, принявшие Ислам, то есть люди, как Вы сказали, со славянскими фамилиями. Мы привлекаем авторов не по религиозному принципу, а исходя из профпригодности, если можно так сказать.

То, что у нас мало мусульман в научно-интеллектуальной среде, – действительно проблема, но ситуация не такая плохая, как двадцать и даже десять лет назад. В конце 1990-х годов многие из тех, кто создавал в 2006 году Фонд «Марджани», делали такой замечательный журнал, как «Мусульмане». Из печати вышло несколько номеров, а потом издание журнала прекратилось. Почему? Да просто тогда, в 1999-м году, ещё не созрел читатель для умного мусульманского журнала. Сейчас такой читатель уже есть.

Сформировалось поколение молодых мусульман, имеющих хорошее светское образование. Есть мусульмане-интеллектуалы. К их мнению верующие зачастую прислушиваются больше, чем к мнению официальных религиозных деятелей. Но мусульманской интеллигенции, не интеллектуалов, а именно интеллигенции, совести уммы, у нас пока в России нет. Хочется верить, что некоторые наши издания, – такие как, например, журнал «Чётки», – внесут хотя бы небольшую лепту в формирование этой самой интеллигенции.

Много ли в журнале современных авторов, пишущих на восточно-исламскую тематику, или в основном Вы публикуете переводы уже известных писателей?

Нет, мы публикуем не только тексты известных писателей, для нас важно открывать новые имена, давать возможность талантливым авторам публиковаться на страницах нашего журнала. У нас в редакции первое время были горячие споры с одним коллегой: в какой пропорции давать современность и классику. Я выступал за усиление «современности», коллега – за проверенных годами классиков. В результате был найден определённый баланс.

– Кого из современных авторов Вы могли бы отметить?

– В частности, хочу отметить повесть казахстанской писательницы Людмилы Фефеловой «Я у тебя в долгу» – это настоящая ода дружбе народов. Не могу не упомянуть серию смешных повестей бенгальского писателя Хумаюна Ахмеда о Химу, цикл очерков Бориса Сыромятникова о путешествиях своего пращура в начале прошлого века с деликатной миссией на Ближний Восток. Интересными, на мой взгляд, получились тематические номера «Гоголь и Ислам», «Лев Толстой и Ислам», номер, посвящённый русским, принявшим Ислам.

– В 2006 году Вы являлись членом жюри Литературной премии «Исламский прорыв». Чем, по-Вашему, привлекательны подобные конкурсы для современной уммы?

– Литература – это возможность в увлекательной форме рассказать об Исламе и мусульманах как самим правоверным, так и представителям других религий. Не все готовы читать Коран даже в самом лучшем переводе, не все хотят вникать в суть религиозного учения, изучая популярные брошюры, но мало кто откажет себе в удовольствии скоротать время за чтением увлекательного романа.

Недавно я увидел рецензию критика Льва Данилкина на мой роман «Ислам от монаха Багиры». Так вот, он там пишет о том, что никакой специализированный мусульманский телеканал не сравнится по воздействию на аудиторию с художественной литературой. Вот Вам и ответ. При этом мы не преследуем миссионерские цели. Наша задача – просвещение, без которого невозможен диалог религий, культур.

– Легко ли сегодня мусульманину издать свою книгу? Какие процедуры следует пройти, прежде чем книга появится на прилавках магазинов?

– Религиозная принадлежность не играет здесь никакой роли. Во-первых, в наши дни существует множество способов сравнительно недорого опубликовать книгу за свой счёт. Во-вторых, есть Сеть с её возможностями. Ну и, наконец, если мы говорим о классических издательствах, выпускающих бумажные книги, то в любом их них будут рады представленному тексту, если он вписывается в концепцию издательства и вызывает интерес.

Многие авторы, к сожалению, перегорают на первой стадии: написав книгу, они не могут её пристроить. А ведь важно не только написать книгу, но и найти для неё издателя. Но и на этой стадии не нужно расслабляться. Даже если кто-то решит опубликовать вашу книгу, она просто может потеряться на книжных полках, если не будет вовремя замечена читателем.

Если говорить о нашем издательстве, то мы готовы рассматривать заявки как от авторов научных работ, связанных с исламской проблематикой, так и от авторов художественных произведений. В этом году у нас стартовала новая серия – «Библиотека журнала “Чётки”». Пока в этой серии опубликован лишь блестящий роман Бетси Шидфар «Абу Нувас». Это роман-биография поэта.

– Какой из своих проектов Вы считаете наиболее удачным?

Не люблю это сладкое слово: проект! Сейчас кругом везде проекты... Но как ни называй то, чем я занимаюсь, мне кажется, ещё рано подводить итоги. Разве что промежуточные. В таком случае я бы, наверное, назвал уже упоминавшийся журнал «Чётки». Это новое, уникальное явление. Такого ещё не было – по крайней мере, в России прежде никогда не издавался мусульманский литературный журнал. Всегда интересно заниматься чем-то новым, неизведанным.

То же самое и с научной работой. Когда я начинал заниматься исламской экономикой в конце 1990-х, в России это была Terra incognita. Фактически у меня в 2001 году вышла первая на постсоветском пространстве книга на русском языке, специально посвящённая проблеме исламских финансов – «Страхование в мусульманском праве: теория и практика».

Потом я защитил на основе этой монографии диссертацию, а мои ученики, вернее ученицы, впервые познакомившиеся с исламским страхованием по этой книге, попытались применить идею такафула на практике. Одной из них это удалось. В Казахстане. Она недавно сказала, что считает себя моей ученицей. Мне было приятно. Пожалуй, самое главное, что я взял и от премии, и от журнала, и от своей научной работы, – это общение с хорошими, интересными людьми.

– Что Вам ближе – наука или литература?

 – Это один из самых сложных вопросов для меня. Наука и литература для меня как две женщины: одна – умная, другая – красивая. Мучаешься, разрываешься между ними, а бросить не можешь: ни ту, ни другую. А если серьёзно, то хочется верить, что где-то, в какой-то точке они пересекаются.