Стать доктором теологии в России – уже реально!

Интервью с одним из ведущих востоковедов России, доктором исторических наук, профессором кафедры мировых культур МГЛУ Романом Силантьевым о становлении научной дисциплины «Теология» в Российской Федерации.

– Какова история становления теологии в современной России?

– Инициатива придать теологии или богословию статус научной дисциплины изначально исходила от Русской Православной Церкви. Её представители вели длительные и тяжёлые переговоры с руководством Минобраза, в которых были поддержаны традиционными мусульманами, иудеями и буддистами. 25 сентября был утверждён паспорт научной дисциплины «Теология», в 2016 году был сформирован первый диссертационный совет, а в августе этого года министр образования подписал приказ о создании Экспертного совета ВАК по этой дисциплине, после чего были сняты все ограничения по защите диссертаций.

– Была такая дисциплина в прошлом?

– В Российской империи была дисциплина «Богословие», но после революции она сохранилась только в учебных заведениях Русской Православной Церкви. Там существовала возможность стать кандидатом или доктором богословия, однако эти степени государством не признавались и права на преподавание в светских вузах не давали. Мусульманские вузы СССР и России такие степени не присваивали.

– А каков состав Совета ВАК по теологии?

– 56 человек во главе с президентом РГГУ Ефимом Пивоваром (vak.ed.gov.ru/237;jsessionid=MaL8CNZP8K-9-+LXVLNvYWFZ). От крупнейших религиозных традиций – Христианства, Ислама и Иудаизма – назначены его заместители. От мусульман это известный богослов из Москвы Тауфик Ибрагим. Интересно отметить, что в данном экспертном совете присутствуют специалисты десяти специальностей: историки, философы, филологи, культурологи, искусствоведы, психологи, социологи, экономисты, педагоги и юристы. В других экспертных советах такого разнообразия нет. Из представителей Ислама кроме Тауфика Ибрагима можно отметить доктора философских наук Мустафу Билалова из Дагестана, доктора исторических наук из Башкортостана Рифа Якупова и его коллегу из Казани Айдара Юзеева. В целом специалистов по Исламу в нём не менее семи человек.

– А чем Вы сами будете заниматься в этом совете?

– Долго ждать, пока кто-то защитится по моей теме. А пока буду требовать пресечь мошеннические действия вокруг журнала «Ислам в современном мире», который из-за ликвидации в судебном порядке своего учредителя не только не может быть ваковским, но и вообще существовать как СМИ.

– А как можно стать кандидатом или доктором теологии?

– Сдать кандидатский минимум и сформулировать тему работы согласно паспорту специальности. Защитившимся кандидатам несколько проще – они могут выходить сразу на защиту докторской, если у них есть необходимое число ваковских публикаций и соблюдены остальные критерии допуска, которые постоянно меняются и доступны на официальном сайте ВАКа. Пока открыт только христианский диссовет, мусульманский же ожидается в пределах года. Очевидной проблемой станет их малое число, ведь найти специалистов для диссоветов даже в ключевых мусульманских образовательных центрах будет непросто. Увы, требования к диссоветам сейчас серьёзно ужесточились и продолжают ужесточаться.

– Какие перспективы отрывает защита работ по теологии?

– В первую очередь я вижу в этом возможность усилить светскую науку квалифицированными богословами, которых ей очень не хватает. Позиционирующиеся как альтернатива теологам религиоведы слишком малочисленны и нередко не имеют нужных знаний, поскольку их учат не столько особенностям конкретных религий, сколько видоизменённому научному атеизму. А научный атеизм советского типа полагал своей целью истребление вообще всех религий, что и обусловило направление исследований в его рамках. Если научному атеисту дадут побороться с ИГИЛ, то он сразу предложит запретить Ислам, а то и вовсе пресекать любую религиозность. Хорошо помню, как в советское время такие «специалисты» в рамках борьбы с «исламскими пережитками» концентрировались на борьбе с суфизмом, значительно облегчая работу выходящим из подполья ваххабитам. И более того, этим ваххабитам помогали, пуская их в газеты и радиостанции, где они радостно разоблачали те же зияраты.

– В чем разница между теологией и религиоведением?

– В теории эта разница заключается в подходе: теолог изучает религию изнутри, а религиовед – извне. Он как бы равноудалён от всех религий, хотя на практике это наблюдается только в случае воинствующих атеистов, которые действительно не любят все религии одинаково. Лично я являюсь исламоведом, изучая Ислам как немусульманин. В противном случае я был бы теологом, специалистом по мусульманской истории России.

Беседовала Галина Хизриева,
главный редактор портала Ислам.ру