Шанхайская организация сотрудничества: взгляды из Ирана

В связи с началом в Ташкенте 15-го саммита Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) в иранских СМИ публикуется ряд статей, отражающих текущие подходы Ирана к данной региональной организации.

По своей сути высказываемые мнения демонстрируют продолжение неоднозначных внешнеполитических подходов Ирана, отражающих стремление страны расширить сферу внешней политики в рамках лозунга «И Восток, и Запад». Прагматизм данного подхода со всей очевидностью исходит из положений политического реализма о балансе интересов и сил, является логичным продолжением длительной борьбы Ирана за свои международные права, завершившейся началом реализации 16 января с. г. Совместного Комплексного Плана Действий (СКПД).

В этой связи можно различить официальную, более примирительную и гибкую позицию Тегерана по вопросам полномасштабного участия в ШОС и неофициальную, достаточно жёсткую позицию противников присоединения Ирана к ШОС.

Так, посол Ирана в Сеуле Хасан Тахериан подчёркивает(1) религиозную, культурную и историческую общность между Ираном и членами ШОС. Постоянное членство Ирана в ШОС усилит, считает он, потенциал организации в сфере борьбы с терроризмом, экстремизмом и незаконным оборотом наркотиков. С другой стороны, он признаёт, что Ирану необходимо представить свою позицию на международном уровне и обеспечить продвижение регионального экономического сотрудничества, что предоставляет площадка ШОС. В этой связи он выразил надежду на устранение в ходе Ташкентского саммита ШОС юридических препятствий и запретов на постоянное членство страны в данной организации.

Со своей стороны Посол Ирана в России Мехди Санаи позитивно оценивает(2) факт поддержки Москвой и Ташкентом необходимости присутствия Ирана в региональных структурах. В ходе Петербургского международного экономического форума, который проходил с 16 по 18 июня, Мехди Санаи назвал эти структуры: Шанхайская Организация Сотрудничества и Евразийский Экономический Союз (ЕАЭС)(3). Действительно, следует напомнить, что в мае с. г. уже прошло первое заседание представителей Ирана и ЕАЭС, где стороны обсудили вопросы завершения подготовительных работ для свободной торговли.

Более развёрнутую, близкую к официальной, позицию представляет Джахангир Карами(4), доцент по международным отношениям в университете Тегерана, член Научного Совета Ирана и Евразийского исследовательского Центра (IRAS). С момента формирования ШОС Иран, подчёркивает Дж. Карами, считает организацию эффективным институтом, отвечающим условиям регионального и международного окружения. Эксперт не видит сегодня никаких серьёзных препятствий для полноправного членства Ирана в данной организации. Более того, вхождение Ирана в ШОС эксперт называет «стратегическим императивом», Тегеран получает новые стратегические возможности и выход из стратегической изоляции. ШОС способен модифицировать и огранить поведение США на региональном и трансрегиональном уровнях.

К числу факторов, способствующих вхождению Тегерана в эту региональную организацию, эксперт относит географические, культурные, экономические и политические возможности Ирана, его стабилизирующую и государство-формирующую роль, опыт в поддержании регионального мира, стабильности и безопасности, в борьбе против терроризма, что усилит возможности ШОС на огромной географической территории от Ближнего Востока до Южной и Центральной Азии. В случае продолжения нынешних процессов ШОС способна содействовать процессам интеграции региона и реализации инициатив по обеспечению Азиатской безопасности.

Однако в конструктивном взаимодействии с миром внешняя политика Ирана должна, по мнению Дж. Карами, концентрироваться на продвижении баланса и многосторонности, не должна ограничивать свои возможности взаимодействия. Кстати, данный тезис иранского эксперта подтверждается визитом в преддверии Шанхайского саммита президента Х. Рохани в страны ЕС.

К тому же есть ряд других факторов, которые практически ограничивают, по крайней мере в течение прогнозируемого периода времени, возможность формирования центра силы в лице ШОС. В этом плане Дж. Карами усматривает в ШОС нечто среднее между членством в каком-либо альянсе и статусом не-членства в международном институте. Он считает, что организация не представляет собой военно-политический союз и, более того, не может рассматриваться в качестве организации, содействующей в данный момент региональному сближению. Об этом свидетельствуют, на его взгляд, отсутствие необходимых на то институтов; отсутствие доминирующей власти: РФ – военная держава, КНР – экономическая, у них отсутствует потенциал «мягкой силы» для формирования и принятия другими общих для всех норм.

Однако при определённых условиях, заключает Дж. Карами, можно постепенно продвигаться в деле реализации долгосрочных целей организации. В этой связи в перспективе следует учесть горизонтальный и вертикальный эффекты «переливания» и эволюции действий от ограниченного до более расширенного уровня; приоритетность решения двусторонних проблем между странами; значение внутреннего развития стран-членов организации – в этом смысле Китай, Индия и Иран могут играть весомую роль в вопросах развития небольших государств ЦА.

            В противовес подобным официальным воззрениям другой эксперт по международным вопросам Хасан Бехештипур(5) советует не торопиться с вхождением в состав ШОС. С точки зрения правового статуса и национальных интересов страны он рекомендует Ирану оставаться пока в положении члена-наблюдателя ШОС. Со ссылкой на соответствующие статьи Конституции ИРИ он cчитает, что полноправное членство в ШОС:

1) противоречит опоре внешней политики страны прежде всего на исламские нормы. В соответствии с ними ни один мусульманин не должен уступать доминированию немусульманского большинства, особенно при отсутствии на то необходимости и принуждения;

2) ограничивает независимость страны, заставляя уступать в вопросах национальных интересов;

3) противоречит внешнеполитическим принципам ИРИ, отрицающим все формы доминирования. В этом плане Тегеран предпочитает расширенное двустороннее партнёрство с региональными державами (Китаем, РФ, Индией).

Далее, анализируя причины вступления Ирана в ряды ШОС, иранский эксперт пишет:

1. Позиция Ирана по вопросам терроризма и экстремизма отличается от позиций большинства членов ШОС. В частности, в отличие от Ирана, который соотносит религиозный экстремизм в основном с ваххабизмом и с деятельностью групп Такфири, Китай, Россия и другие члены ШОС относят к нему все исламские группировки.

2. Оппозиция ШОС односторонней политике США на международном уровне не означает, однако, что это антиамериканская или направленная против НАТО организация. Учитывая в то же время противоречия Китая и России с США, Х. Бехештипур справедливо полагает, что в случае конфликта между ИРИ и США такая ситуация может привести к поддержке членами ШОС Ирана.

3. С началом реализации СКПД у Ирана появились возможности расширения экономического сотрудничества со многими странами мира. В этих условиях вместо присоединения к ШОС Ирану выгодней присоединиться к БРИКС, объединяющей Бразилию, Россию, Индию, Китай и Южную Африку. В период ожидания Ираном членства в ШОС организация, во-первых, достигнет более стабильной экономической ситуации; во-вторых, решит проблемы в экономических отношениях с другими странами, включая страны ЕС.

4. Ирану более выгодно усилить отношения в рамках Организации по Экономическому Сотрудничеству (ЕСО), подписать соглашение с Советом по сотрудничеству стран Персидского Залива и включить в эту игру Ирак, что обеспечит Ирану осевую роль в регионе. С завершением в Сирии и Ираке кризиса может быть сформирован четырёхсторонний союз Ирана, Турции, Ирака и Сирии, включая, возможно, Иорданию. Разумеется, это не означает новую версию АСЕАН, но между этими странами есть большой потенциал к сотрудничеству, что необходимо использовать.

Тем временем участие президента Х. Рохани в саммите ШОС, продолжает Х. Бехештипур, предоставит возможность обсудить и устранить имеющиеся двусторонние проблемы в отношениях между Ираном и Узбекистаном и послать сигнал правительству Таджикистана. Тем самым подтверждается тезис о возможности двусторонних и многосторонних игр в любом месте, будь то Рияд, Душанбе или Тегеран, заключает иранский эксперт.

Немаловажным фактором, предположительно способном повлиять на позицию Ирана, является и то, что в ряды ШОС намеревается вступить и основной противник Тегерана – Израиль. Естественно, это тоже может негативно сказаться на иранских предпочтениях. Однако не стоит преувеличивать значение данного факта, поскольку отношение Ирана к ШОС заметно изменилось ещё после уфимского саммита ШОС, где в качестве препятствия называлось нахождение страны под санкциями ООН. С началом процедуры снятия санкций в соответствии с выполнением положений СКПД Иран получает гораздо больший простор для экономической деятельности, чем это может дать пока не окрепшая в новом составе Шанхайская Организация. Это гораздо важнее для геоэкономических и геополитических планов Ирана. Тем более что Израиль подал заявку на получение статуса партнёра по диалогу только в этом году(6), геополитические же интересы Тегерана, отразившиеся в мнении иранских экспертов, формировались в течение более длительного времени. Следует учесть и благоприятствующие Ирану перемены, произошедшие в последние два года в отношениях США – Израиль и США – Иран. В этой связи предполагаемое членство Израиля в ШОС хотя и нелицеприятный факт для Тегерана, но не способный коренным образом изменить отношение Ирана к региональной организации.

Таким образом, Тегеран оставляет за собой, наряду с частичным участием в евразийских формированиях, право на консолидацию в перспективе регионального партнёрства за счёт исламских государств, стран ЦА и Запада. Это зависит, разумеется, от итогов урегулирования множества региональных проблем, прежде всего отношений ИРИ со странами Залива и Центральной Азии, кризиса в Сирии и Афганистане.

 

Д. п. н. Г.И. Юлдашева,

Ташкент, Узбекистан

 

(1) Посол Ирана: Постоянное членство Ирана в ШОС пойдёт на благо всем. 23 июня 2016, ИРНА, http://www.irna.ir/ru/News/3155263/.

(2) Иран и Евразийский Экономический Союз провели первое заседание на тему свободной торговли, 30 мая 2016, http://www.irna.ir/ru/News/3101917/.

(3) Москва и Ташкент подчеркнули необходимость присутствия Ирана в региональных структурах, 19 июня 2016, http://www.irna.ir/ru/News/3114625/.

(4) Jahangir Karami. Why Iran Should Become a Member of the Shanghai Cooperation Organization?, June 21, 2016, http://www.iranreview.org/content/Documents/Why-Iran-Should-Become-a-Mem....

(5) Hassan Beheshtipour. Why Iran Should Not Be in a Hurry for SCO Membership?

June 20, 2016, http://www.iranreview.org/content/Documents/Why-Iran-Should-Not-Be-in-a-...

(6) Сирия, Египет и Израиль подали заявки на вступление в ШОС, 23 июня 2016, http://riafan.ru/531770-siriya-egipet-i-izrail-podali-zayavki-na-vstuple...