Кто такие салафиты? Как не допустить радикальный ислам в Белгороде

Эксперт Роман Силантьев о скандале с белгородским имамом.

Своё мнение о ситуации с белгородским имамом высказал, приехав в Белгород, известный в России эксперт–религиовед, доктор исторических наук, профессор Московского государственного лингвистического университета, член экспертного совета по государственной религиоведческой экспертизе при Минюсте РФ Роман Силантьев.

досье
Роман Силантьев родился в 1977 году в Москве. Один из ведущих востоковедов России, доктор исторических наук, профессор кафедры мировых культур МГЛУ, религиовед, историк религии. Автор более ста публикаций, в том числе в «Большой российской энциклопедии», «Православной энциклопедии» и энциклопедии «Народы и религии мира».

 

Чья идеология?

 

Татьяна Черных, АиФ:Роман Анатольевич, наша газета тоже не раз писала об имаме, а публикация «Друзья из Даиш» даже стала предметом судебного иска. Как вы можете её оценить с точки зрения эксперта?

Роман Силантьев: Я возглавляю Правозащитный центр Всемирного русского собора и периодически с подобными вопросами сталкиваюсь, когда обижаются на материалы, написанные на эту тему. Но я вижу, что в данном случае статья написана корректно, истец в ней нигде не упоминается. Конечно, можно сделать вывод, что ему приписывается членство в какой–то террористической организации – но для этого требуется фантазия, непосредственно из статьи этого не следует.

Если говорить о том, кто такие салафиты и как они связаны с ваххабитами – сейчас нет единой точки зрения ни в научной среде, ни среди духовенства. Многие настаивают, чтобы ваххабитов называли салафитами, поскольку слово «ваххабит» прибрело негативную окраску из–за ассоциации с террористами. Так что салафиты – это самоназвание ваххабитов. Основатель этого течения – Абдель Мухаммед Ибн Ваххаб, примерно 250 лет назад оно появилось. Слово «салафит» означает «последователь правильных предков». В России это течение не запрещено, хотя в некоторых странах – например, в Таджикистане, в Сирии – оно вне закона. Сейчас ставится вопрос о запрете ваххабизма–салафизма в России, поскольку крупнейшие террористические организации в мире исповедуют именно эту идеологию.

Духовные лидеры России по–разному относятся к этому течению: одни, как муфтий Равиль Гайнутдин, считают салафизм положительным течением, другие, как муфтий Талгат Таржутдин, как все муфтии Северного Кавказа и Рамзан Кадыров, считают, что это течение негативное. В недавнем интервью советник Рамзана Кадырова, известный мусульманский богослов Адам Шахидов сказал: «Эту идеологию сейчас преподают в школах так называемого Исламского государства. Салафиты всегда сначала красиво говорят, а потом, приобретя большую силу, они берут оружие и идут убивать».

 

Что с общиной

 

– Вы – один из ведущих исламоведов в РФ, автор 22 книг и сотен публикаций по этой теме. Как Белгородская область сегодня выглядит на фоне всей России, если говорить о распространении радикальных исламских течений?

– К сожалению, несмотря на свой статус образцово–показательного православного региона, Белгородская область по моей теме выглядит не очень хорошо. Известны террористы, которые являются уроженцами вашего региона – например, Алексей Пашенцев, организовавший убийство Саида Афанди Чиркейского, лидера мусульман Дагестана, и ставший полевым командиром. Известны также люди, которые к террористам присоединились, выехав в так называемое Исламское государство.

Мусульмане у нас присутствуют во всех регионах, но не везде среди них много ваххабитов, то есть тех, которых многие считают  радикальными исламистами. Белгородчина неблагополучна по этим показателям по двум причинам. Во–первых, здесь довольно много студентов–мусульман, как из России, так и из стран зарубежья, в том числе дальнего. Во–вторых, здесь появились люди, которые сознательно занимались вербовкой в террористические организации.

Белгородская мусульманская община имеет славу совсем недобрую, и то, что имама сейчас осудили за хранение оружия – тому подтверждение. Хотя тот факт, что человек имел не просто стрелковое оружие, но и взрывчатку, по сути свидетельствует о том, что, по всей видимости, он не рыбу собирался глушить на ваших прудах, а готовил теракт. Следственные действия, насколько мне известно, показывают, что связи белгородских ваххабитов тянутся далеко за пределы области и страны.

Конечно, Белгород – не единственный город, где мусульманские духовные лица были осуждены или попали в сводки. Не так давно – год назад – глава мусульман Воронежа сбежал воевать на стороне террористов в Сирии. И всего таких случаев по России около 30, причём в основном это последователи Равиля Гайнутдина.

Ваша община ориентируется на Гайнутдина, а этот человек, насколько мне известно, представляет интересы Эрдогана, он выглядит как откровенный предатель: когда турки сбили наш самолёт в Сирии,  он, как я знаю, единственный из крупных мусульманских лидеров страны не осудил их. Так что с юрисдикцией у белгородской общины – проблемы. Мусульмане Дагестана могли бы её взять под своё крыло.

 

Что могут власти?

 

– Могут ли как–то повлиять на ситуацию региональные власти?

– Мне кажется, да, поскольку зачем вам в вашем регионе ваххабиты? Им достаточно создать невыносимые условия для существования, причём действуя в рамках закона. Если у них есть здесь бизнес (в случае вашей области – строительный) – этого бизнеса у них быть не должно. Если им оказываются преференции – этого тоже быть не должно. Если в вузе обнаружены вербовщики – их надо отчислять. Этим людям нужно объяснить, что им здесь не рады, – пусть едут к Эрдогану, пусть там режут головы и создают свой халифат – это уже не наши проблемы.

Так это делают Кадыров, или власти Ямала, Курганской, Пермской, Челябинской и многих других областей. Потому что одно дело, когда в регионе 2 тысячи ваххабитов, и совсем другое – когда их 20. Ведь между мирным ваххабитом и немирным может пройти полдня: сейчас человек мирный имам – а завтра он взрывает остановку, когда получает команду из соответствующего центра. Так что Белгороду ещё повезло, что имама вовремя поймали.

– А вы знаете, как сам имам объясняет появление у него оружия?

– Они все объясняют одинаково: кровавая гэбня подкинула, а они все идеальные люди.

– Но ведь в Дагестане во время процесса он был оправдан?

– В Дагестане много вопросов и к судьям, и к присяжным. То, что человек имел репутацию ваххабита – это факт. И человека с такой репутацией брать имамом в Белгород? Это надо быть или идиотом, или пособником. У нас в стране многие известные ваххабиты не имеют судимостей, поскольку ваххабизм официально не запрещён. Но умные мусульманские лидеры с такими людьми дела не имеют.

 

Источник