Алеет Восток зарёю антиисламской?

В нынешнем противостоянии в Центральной Азии в настоящее время достаточно рельефно определены позиции его основных участников. Это однозначное намерение талибов сопротивляться, столь же однозначное намерение администрации Буша установить, несмотря не на что политический режим, скроенный по лекалам Made in USA, тихий испуг Европы, резко вдруг обозначившееся желание России этой Европой стать, а так же позиция мирового мусульманского сообщества, выразившаяся в данной ситуации, увы, в действия по принципу “ и вашим, и нашим”. Но, безусловно, представляет интерес анализ возможной позиции третьего по значению участника современной глобальной политической игры – Китая. Хотя Китай граничит с воюющим Афганистаном лишь на очень небольшом участке в горах Памира в Центральной Азии, в Пекине говорят, что в КНР есть собственные “ мусульманские националисты”. Речь идёт об уйгурах- тюркоязычном, исповедующем ислам суннитского толка народе. Уйгуры проживают на северо-западе страны, в Синьцзян-Уйгурском автономном районе их численность составляет почти восемь миллионов человек. Уйгуры имели свою государственность в 17-18 веках и позднее. Так, например, в 1933 году была провозглашена Исламская Республика Восточного Туркестана, просуществовавшая до оккупации уйгурских земель коммунистическим Китаем в 1949 году. С тех времён китайскими властями был взят курс на китаизацию Синьцзяна. Различными средствами подавлялись и подавляются уйгурские гражданские движения, чинятся препятствия для полноценного развития религиозной жизни. Несколько десятков уйгурских активистов были за последние годы приговорены к смерти и казнены. Хотя только одна из многих уйгурских организаций, согласно данным спецслужб, провозглашает целью создание т.н. исламского государства и использует для этого насильственные действия. Это некая подпольная группировка Хизбе-ут- Тахрир, которой приписывают также террористические акты в соседних Узбекистане и Таджикистане. Около полумиллиона уйгуров нашли убежище в соседнем Казахстане, где есть возможность для развития их культуры и религии. Правда, это обстоятельство несколько осложняет отношения между Казахстаном и Китаем, поскольку Пекин обвиняет Астану в поддержке уйгурских террористов. Впрочем, наследники Мао и Дэн Сяопина действуют на уйгурских землях не только кнутом, но и пряником. В Синьцзян делаются большие инвестиции, прежде всего в промышленность и строительство. Сюда активно направляется капитал китайцев из Гонконга и Тайваня и рабочая сила ханьской (китайской национальности). Сегодня численность этнических китайцев, которым в основном и достаётся пекинский “пряник”, значительно превышает число уйгуров. Само слово Синьцзян в переводе с китайского означает “покорённые земли”, что звучит для уйгуров оскорбительно. Но покорённые земли жизненно важны для Пекина и добровольно он с ними не расстанется и даже не пойдёт на изменение их статуса. Синьцзян богат нефтью, здесь, на озере Лобнор расположен китайский ядерный полигон, другие объекты, в том числе и атомной энергетики. Из всего перечисленного напрашивается вывод: да, конечно, северо-запад Китая является проблемным регионом, но его проблемы лежат скорее в социально-экономической и этнической, нежели в религиозной сфере. Это не совсем так. Острота нерешённых проблем Синьцзяна, помноженная на ведущуюся рядом афганскую войну, ведущуюся в том числе и с использованием лозунгов джихада, может привести к тому, что национальное движение уйгуров в целом может приобрести религиозную окраску и весьма крайние формы. Не случайно, сегодня даже умеренные уйгурские деятели говорят о необходимости интифады, наподобие палестинской. Так же следует отметить одно, пожалуй, самое важное обстоятельство. Одним из краеугольных камней политики китайских властей была и остаётся, несмотря на все перемены в экономике, открытая религиозная не толерантность. Все явления духовной жизни, которые не вписываются в национал-коммунистическую доктрину Пекина, а так же не являются учениями китайского происхождения (типа конфуцианства или даосизма) подвергаются жёсткому, а порой и жестокому давлению. Широкий спектр таких давлений – от ограничений в правах до прямых репрессий – испытывают, кроме уйгуров, также хуэй (этнические китайцы-мусульмане, числом около 9 млн. человек, проживающие в центре страны), двадцать миллионов китайцев-католиков, тибетские буддисты. При этом, сквозь пальцы китайские власти смотрят на активную деятельность в стране миссионеров из США, прежде всего протестантских, которая поддерживается большими долларовыми вливаниями. Таким образом, есть веские основания предполагать, что в случае эскалации нынешнего афганского противостояния, оно очень вероятно может принять черты конфликта с исламом не только на западе от зоны конфликта, но и на Востоке. Хотя хочется надеяться, что если будет угодно Всевышнему, до этого дело не дойдёт. Валерий Емельянов

Добавить комментарий

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.
CAPTCHA на основе изображений
Введите код с картинки